Архив новостей: сейчас...» 2008» 2007» 2006» 2005» 2004

4 ноября 2006

Обновления на сайте: В разделе "Архив" еще два выпуска [Арт]мосферы о прошлом студии.

2 ноября 2006

Обновления на сайте: В разделе "Архив" второй выпуск [Арт]мосферы с газетными статьями о старых спектаклях.

В кинотеатре "Родина" открылся клуб любителей авторского кино "Синематека". Планируется показы фильмов Тарковского, Феллини, Кустурицы и др. В прошедшую субботу прошел показ "Мертвеца" Джармуша... Билеты дешевые. В общем настоятельно рекомендую.

8 сентября 2006

В разделе спектаклей появились фотографии репетиций спектаклей "Ежик в тумане" и "У самого моря". Также обновлен раздел <разностей> по ежу.

6 сентября 2006

Первое сентября и первый день набора позади.

Наконец-то обновил информацию о трех последних спектяклях. Афишы, програмки, фотогалерея.

23 августа 2006

Приближается новый сезон и как обычно грядет набор в студию!

Всем у кого есть желание - милости просим. Набор 2006-2007г.
(вопросы, уточнения на форуме: перейти >>>)

22 августа 2006

2005-2006 сезон глазами режиссёра...

Итак, 12 месяцев. АВГУСТ. Однажды на излете мая катнули мы скейт с поставленным на него чемоданом. Впечатлились, взгрустнули. Начали кидать ассоциации: Шагал, «Сталкер», Тарковский (Арсений), «Киевские фрески» Параджанова…Очень Бродский…Очень Норштейн…Из фантазий, снов, ассоциаций, внутренних историй, болячек, мечт и загонов появился наш «Ежик в тумане». Наверное, он имеет очень опосредованное отношение к своему (любимому нами нежно и трепетно) предшественнику. И крыловскому и норштейновскому. Надеюсь, «родители» настоящего «ежа» простят нам использование их названия. Пытались от него отойти. Но уж больно точно.
Так вот, с августа мы начали загружаться этой темой и «Набережной неисцелимых» Бродского. А также его стихами. Вот кое-что из того, что для нас было важно.
«Едва выйдя за порог квартиры, ты сразу делаешься добычей всевозможных подозрений, фантазий, слухов…»
«Чтобы начать другую жизнь, человек обязан разделаться с предыдущей, причем аккуратно.»
«Наступает пора читать, весь день жечь электричество, не слишком налегать на самоуничижительные мысли и кофе, слушать зарубежную службу Би-Би-Си, рано ложиться спать. Короче, это пора, когда забываешь о себе, по примеру города, утратившего зримость…»
« Вода…Иногда она синяя, иногда серая или коричневая; неизменно холодная и непитьевая. Я взялся ее процеживать потому, что она содержит отражения, в том числе и мое…»
«Пароходное сообщение прервано, самолеты неделями не садятся, не взлетают, магазины не работают, порог уже не завален почтой. Лево, право, верх, низ тасуются… Туман густой, слепой, неподвижный..»
А еще: «У всего есть предел…», « Я был только тем…», « Я не то что схожу с ума…», « И тогда он кричит…»

Нас трясло им два месяца. До премьеры на фесте. А потом еще полгода. Но об этом позже.

Еще август ознаменовался рекордным количеством абитуры, пришедшей в студию. Нельзя сказать, что у нас какой-то суровый, жестко-профессиональный отбор. Нет. Но на прослушивании сидит вся студия, и тут уж совпадет или нет группа крови. У нас народ-то все больше проф.непригодный(картавый, горбатый, плоскостопый), но с болью и мозгами. И глазами. И ушами. (Думаю, Квазимодо нашел бы в нас братьев.) В студию влились хорошие люди. Кто-то удержался, кто-то нет. Но марафон прослушивания был как никогда длинным и мощным.

СЕНТЯБРЬ. Начались занятия. И репетиции «ежа» после того, как «малыши» разойдутся по домам. В маленькой комнатке на тренингах втискивается пол-китая . Зато какой контакт! Появляются всякие новые упражнения, направленные внутрь и на ближнего партнера .

ОКТЯБРЬ. Народ понял, что работа в студии – не отдых на Канарах и начал рассасываться. Остаются сливки. «Еж» колется. И хочется, и колется. Из восьми человек шесть – впервые работают в спектакле. С каким-то опытом только Юлечка (Белая Лошадь) и Володя (Медведь). Сложнее всех Ульяне (нашему Ежу) . Она «центровая».. И все подходят: « Смотри, Ульян, там у тебя…» И человек старается, пыхтит, постигает экзистенциальную сущность ежиков. Но там так мало через мозги и так много через свой опыт общения со временем, «туманом», с alter ego, в конце концов. Сказка, жесть, доброта, боль, любовь, сухость, стихи, немота – КАК? Норштейн – гений. Он смог. И Бродский – гений.

НОЯБРЬ. Готовимся к фестивалю «Альтер арт». Судя по названию – родственники. Денег, конечно, нет. И не будет. Лезем в долги. За неделю узнаем, что памятник Бродскому в Питере имеет форму чемодана. Счастливый вздох. Премьера «Ежика» в Учебном театре Академии искусств. Откатать перед фестом. Странно. ТУМАН. Все ежики. Альтернативные. Без шкуры. Без иголок.

Едем в Нижний Новгород. Нас 12 человек. Кроме восьми основных «ежиков» три тумана из второго состава: двое на свету (Таня и Диана) и тихий ангел Настя, которая пролетает – проползает – проникает быстро, незаметно и бесшумно в любые точки сцены, меняя скейты, чашки, чемоданы и проч.

Организаторы фестиваля – совсем молоденькие ребята, одновременно очччень деловые, ответственные и т.д. и редкостно душевные. Да и публика в Нижнем (по крайней мере, фестивальная) удивительно интеллигентная, деликатная, чуткая.. Извини, родной город, но в Уфе мы такого не видели никогда. Разве что на премьере «Иосифа». Словом, прием чудный. Что же касается учебы (а фест это прежде всего учеба) , то этого очень не хватило. Актеры московского «Класс-театра» давали тренинг по Ершову, но времени было мало, так и не разгулялись. Мы-то готовы были сутками чего-нибудь делать, учиться, учить, общаться. Очень хотелось . Но… Из участников запомнились ребята из Ижевска (очень живые, настоящие, с концептом, лишенным позерства) и местная «Малиновая гряда», очень похожая временами на «Цуциков в ночи» питерской «Потудани».. Общение с жюри чрезвычайно взбодрило, т.к. высказывания его членов были сколь горячи, столь и противоречивы, от полного приятия до абсолютного неприятия. В любом случае ежики были молодцами. Все. Отнесем замечания к режиссуре.
Нижний был добр к нам. Спасибо всем, кто был с нами в эти дни.

ДЕКАБРЬ. Приехали. Дали еще один премьерный спектакль. В родном городе. Отторжение. За двадцать дней сделали с заочниками УГАИ спектакль по «Слепым» Метерлинка. Почти нереально. Но, оказывается, так тоже бывает.
Елки. По две в день. Все-таки приятно работать со своими. Бойцы.

ЯНВАРЬ. После елок страшные морозы. И страшные сессии.
Обзваниваю, требую, чтобы сидели дома. С теми, кому совсем невмоготу танцуем. Решили устроить зачет по хореографии. И по истории искусств. Народ закусил удила. Моя библиотека, Володина видео- и фонотека переехала в студию. Ликвидируем тотальную безграмотность. Начали приносить отрывки на перформанс. Читаем «Божественную комедию» Данте. Упражнения с текстом и вокруг него. Непомерная энергоемкость слова. Нашли какие-то важные для себя вещи. Каждый свое. Свои девять строк, к которым будет идти все действие.

ФЕВРАЛЬ. Потихоньку вводим второй состав «Ежика». Начали показывать этюды по отрывкам. Разборы, анализ, игра с атмосферой. Материал сильный, сложный. Взяли немного немало: Беккета, Ионеско, Кэрролла, Стоппарда, Цвейга. Если пропускать это все через «Божественную комедию», как было задумано, то «оставь надежду всяк сюда входящий»…
На зачет готовим четыре вещи: «Детский сад им. Дэвида Линча» (ансамбль), «Урок каллиграфии» (малые ансамбли), «Колыбель» (дуэт), «Развод по-итальянски» (сольники, сбитые в канон). Плюс будут дорожки на «чтение с листа», плюс большая ансамблевая импровизация с сольными и дуэтными вставками под неизвестную музыку (известен только общий лейтмотив). Наконец народ научился считать до четырех. Считают хором.

МАРТ. Провели два детских фестиваля. Я отсидела два дня в жюри на республиканском фесте детских и юношеских театров. (люблю своих с новой силой).
Сдали зачет по хореографии. Все. Как один. Так как было заявлено, что несдавшие будут отчислены. Приглашенные мэтры, отцы уфимского модерна прониклись. Теперь студийцы готовятся к истории искусств. Театр, кино, музыка, ИЗО…Студия читает – какое счастье.

Новая болезнь студии – танго. Аргентинское, аутентичное. Попали на семинар: Даша, Николай Владимирович, я и друг студии хореограф и перформер Андрей Иваныч Яновский. После этого подсела практически вся студия. Это абсолютно актерская вещь, на взаимодействие, партнерство, общение.

АПРЕЛЬ. Отбор представляемых работ (отрывков). Над многими ребята действительно работали самостоятельно. Это их мысли, находки, болячки. Драматургия выворачивает наизнанку. («Божественная комедия», чего же мы хотели?). Итак:

1. Беккет «Приходят и уходят»
2. Кэрролл «Алиса в Зазеркалье»
3. Беккет «Экспромт в стиле Огайо»
4. Ионеско «Лысая певица»
5. Стоппард «Розенкранц и Гильденстерн мертвы»
6. Цвейг «Кресченца»
7. Ионеско «Макбетт»
8. Беккет «Зола»
9. Ионеско «Бред вдвоем»
10. Беккет «Звук шагов»
11. Беккет «Одинокий»
12. Беккет «Последняя лента Крэппа».

А еще упражнения, пластические штуки, ДАНТЕ. Что-то начало складываться с «Ежом». Как-то с отчаяния всех поменяла ролями – пошло.

МАЙ. Перформанс. Доброе братство исторической реконструкции пустило в наш же бывший клуб. Освоились за три часа, забили окна, установили световые точки. Усадили народ на маты. Почти три часа тишины. Что удивительно, без храпа. Студия оторвалась. Вместе с основательной частью зала. Сделали.
Выпустили второй состав туманчиков. Спектакль дышал иначе, по-другому, но дышал. Появилась сказка. Стало добрее и больнее. Сезон закрыт.

ИЮНЬ. Сдаем мастерство со студентами. «Снегурочка» Островского и пьесы Уильямса. Готовимся к поступлению с Татьяной и Николаем.

ИЮЛЬ. ПОСТУПИЛИ. Экзамены. Книги. Танго. Приезжают бывшие эгоисты из Питера: Маруся Даминева (курс Козлова), Ксюша Ларионова (курс Штокбандта), Надя Беззубова («Содружество актеров Санкт-Петербурга»).

АВГУСТ. Вот и лето прошло… Только этого мало…

^ Наверх